-- Слава Богу, слава Богу...-- съ просвѣтлѣвшимъ лицомъ вымолвилъ Ламбро, прочитавъ письмо.-- Всѣ здоровы... и дядя Іорданъ живъ... кланяются... Эхъ, хорошо тому на свѣтѣ жить, у кого жена молодая, да дѣтки здоровыя...

-- А что, хорошій подарокъ я тебѣ сдѣлалъ?-- сказалъ Кристо.-- Скажи хоть спасибо: если бы не я, ты бы до завтра ничего не зналъ. А я сижу въ кофейнѣ у Брагимки, вдругъ приходитъ братъ нашего Юры и спрашиваетъ про тебя. Онъ только нынчѣ изъ Судака: буря загнала ихъ ажъ къ Ѳеодосіи, и если бы не встрѣчный пароходъ, они бы совсѣмъ пропали въ морѣ... Теперь и лодки, и снасти ихъ въ Судакѣ, а онъ уже пѣшкомъ черезъ горы дошелъ сюда.

-- Дай Богъ ему здоровья и всякой удачи!-- прошепталъ Ламбро и принялся опять сызнова перечитывать письмо, счастливо улыбаясь и отрывисто бормоча: "Надя выросла... Спирко тебѣ кланяется"...

-- Ну, а мнѣ-то она кланяется?-- спросилъ вдругъ Кристо и засмѣялся. Что-то въ его смѣхѣ и вопросѣ поразило Ламбро, и, поднявъ глаза отъ письма, онъ пристально и сурово поглядѣлъ на Кристо.

-- Тебѣ она не кланяется...-- медленно заговорилъ онъ и спряталъ письмо подъ рубашку.-- И я уже тебѣ сказалъ, Кристо, что я шутокъ не люблю... Ты это запомни себѣ хорошенько, Кристо, и запомни еще, что я никому не позволю тронуть мою жену...

-- Вотъ еще, царица какая!..-- воскликнулъ Кристо, принужденнымъ смѣхомъ, стараясь скрыть свое смущеніе.

-- Да, царица!-- крикнулъ Ламбро, вставая и ударивъ кулакомъ по доскѣ, замѣнявшей имъ столъ.-- Для меня она царица, и я оторву голову всякому, кто посмѣетъ сказать о ней нехорошее. Слышишь ты это, Кристо?..

Кристо, что-то бормоча себѣ подъ носъ, отошелъ къ нарамъ, сѣлъ и сталъ разуваться. Между тѣмъ, Ламбро приблизился къ Ефиму, который съ изумленіемъ прислушивался къ ихъ разговору, ничего въ немъ не понимая, -- они говорили по-гречески, -- и съ добродушной улыбкой ударилъ его по плечу.

-- Ну, Ефимъ, мнѣ радость большая, -- отъ жены получилъ письмо. Давай съ тобой чай варить.

-- Что это вы тамъ шумѣли? Ругались что-ль?-- шопотомъ спросилъ Ефимъ, сидя на корточкахъ передъ кипящимъ самоваромъ съ чайникомъ въ рукахъ.