Тексты всех статей "Современника" подготовлены В. Э. Боградом, реальные примечания к ним написаны В. А. Алексеевым, за исключением статьи "Забитые люди", примечания к которой написаны Г. Е. Тамарченко; текстологические примечания В. Э. Бограда. Тексты "Свистка" подготовили и комментировали Б. Я. Бухштаб и С. А. Рейсер. С. А. Рейсеру принадлежат вступительные примечания ко всем номерам "Свистка"; кроме того, им подготовлены тексты и написаны примечания к произведениям, напечатанным в "Свистке", NoNo 1 и 8, и в "Искре", а также к следующим отдельным произведениям: "Мысли о дороговизне вообще и о дороговизне мяса в особенности", "Краткая история "Свистка" во дни его временного несуществования", "Отрадные явления", "Стихотворения, присланные в редакцию "Свистка" (в NoNo 3 и 4)", "Новые творения Кузьмы Пруткова", "Оговорка", "Опыт отучения людей от нищи", "Отъезжающим за границу", "Еще произведение Пруткова", "Новое назначение "Свистка"", "Сирия и Крым", "Письмо благонамеренного француза", ""Свисток" ad se ipsum", ""Свисток", восхваляемый своими рыцарями". "Выдержки из путевых эскизов", "Славянские думы", "Средь Волги, реченьки глубокой...", "Что о нас думают в Париже?", "В начале августа вернулся я домой...". Остальные тексты подготовил и комментировал Б. Я. Бухштаб.
ИЗ ТУРИНА
Впервые -- "Совр.", 1861, No 3, отд. II, стр. 195--226 за подписью" "H. T--нов". Вошло с восстановлением цензурных изъятий в изд. 1862 г., т. IV, стр. 199--231. По поводу этой статьи Некрасов писал Добролюбову 3 апреля 1861 года: "Я ваше письмо и статью получил с неделю назад; ждал, что сделают со статьей; ее пропустили хорошо, она помещена в 3 No. Статья очень хорошая. Присылайте чаще" (Некрасов, X, стр. 447).
Очерк "Из Турина" Добролюбов писал со 2 (14) по 10 (22) марта 1861 года. В Турине он присутствовал на первых заседаниях парламента Италии (Рим еще не был свободен). Очерк дает яркую картину политической жизни Италии после недавних перемен. Добролюбов едко иронизирует над буржуазным парламентаризмом, по существу выливающимся в пустую болтовню ("говорильню") о малозначащих делах в "пределах дозволенного". Он разоблачает темные махинации, которые использует национальная буржуазия, добившаяся власти, чтобы дискредитировать революционеров в глазах масс: клевету, обман, подкуп, фальсификацию результатов голосования.
Исследуя вопрос, почему восстание не привело к установлению республики в Италии, почему настоящие освободители родины ("детина в красной рубахе") гарибальдийцы не только не получили наград, но преследуются, нищенствуют, почему плоды победы достались буржуазии, Добролюбов указывает причины этого: революционеры далеки от парода, пишет он, не ведут в массах пропаганду, народ не знает, что ему делать. В критике ошибок итальянских революционеров явно ощущается горечь разочарования: русские революционеры-демократы 1860-х годов считали, что национально-освободительная революция разрешит и национальную и социальную проблемы.
Но главный удар направлен против либералов -- и тех, кто стал реакционерами (Кавур), и тех, новоиспеченных, которые робко пытаются составить оппозицию Кавуру, "могут нападать на частности, но не в состоянии ухватить дело с корня". Не имея возможности по цензурным условиям прямо сказать, что путь настоящей свободы -- это путь революции, доведенной до конца, Добролюбов вынужден прибегать к намекам и иносказаниям, развивать свои мысли с якобы благонамеренных позиций: "Однако ж я, кажется, пишу вам так, как будто бы принадлежал к оппозиции в итальянском парламенте... и, может быть, письмо мое окажется столько же ненужным и пустословным, как здешняя оппозиция".
Русская либеральная пресса хорошо поняла намерение Добролюбова. Сделав вид, что иносказания им непонятны, либеральные журналисты пытались дискредитировать очерк сравнением его с реакционными статьями, а Добролюбова -- с такими обскурантами, как Булгарин.
В апрельском номере "Отечественных записок" (1861) политический обозреватель журнала Альбертини обрушился на очерк, сравнивая его с помоями и нечистотами, которыми обливают "благородные" идеи.
"Русская речь" -- газета Евг. Тур (Салпас де Турнемир) в заметке "Нечто о невежестве в нашей литературе" (1861, No 28) с типично либеральных позиций сетовала на то, что в Европе полемика ведется благородно, а вот в России -- нет, пример -- "Из Турина". "В какой степени прилично литературным деятелям хвататься за подобный способ просвещения публики... и вследствие этого разыгрывать роль, в которой отличался прежде Ф. В. Булгарин?" -- намекала она на "обскурантизм" Добролюбова.
Очерк "Из Турина" ценен живыми личными впечатлениями собственного корреспондента журнала "Современник".