Измаил Иванович!
Вчера зашел я на свою бывшую квартиру, чтобы узнать, нет ли ко мне писем, и получил от дворника повестку на страховое письмо. Сегодня получил я это письмо и был немало удивлен, нашедши в нем квитанцию из конторы транспортов за отсылку чаю, который я воображал давным-давно уж в Ваших руках. Оказалось, что мой дядюшка, купивши чай,1 послал его через контору транспортов, чтобы дешевле обошлась пересылка: по почте берут до Петербурга 20 коп. с фунта. При всей медленности транспортовой конторы посылка получена здесь уже дней десять, а повестка моя лежала неделю, следовательно, пришла после посылки: это рекомендует здешнюю почтовую контору, в которой письмо получено еще 25 августа, как видно из подписи на конверте, и две недели лежало без движения. Это говорю я к тому, чтобы оправдаться хоть немного в медленности, с которою исполнено Ваше поручение. Я, правду сказать, и не воображал, что дядюшка пришлет квитанцию на мое имя, и был уверен, что чай давно уже Вами получен. Потому-то я ничего и не сказал Вам об этом, когда виделся с Вами в последний раз. Пожалуйста, простите за мою небрежность.
Н. Добролюбов.
P. S. Посылаю к Вам также и письмо моего дядюшки, в котором он вычисляет свои протори и убытки. Извините меня, что сам не явился к Вам. Мне хочется поскорее исправить свою оплошность, а между тем ни сегодня, ни завтра я де имею времени быть на Васильевском острову. Усердно кланяюсь Екатерине Федоровне и всем Вашим.
130. А. Н. ТАТАРИНОВУ
Октябрь 1857 (?). Петербург
Любезный Александр Николаевич.
Хотя я Вас знаю менее многих других, я почему-то решаюсь к Вам одному обратиться с просьбой об одолжении. Не можете ли Вы мне дать взаймы сколько-нибудь? У меня нет теплого пальто на зиму, а сделать не на что.
131. Ф. В. БЛАГООБРАЗОВОЙ
4 ноября 1857. Петербург