Вы интересуетесь моим здоровьем и занятиями. И то и другое слабо и мешает одно другому. Зимой я страдал ревматизмами, потом открылись разные золотушные сыпи, теперь страдаю грудью. На лето велят мне уехать из Петербурга, и я решился уехать, потому что и сам чувствую, что мое здоровье вообще немножко расстроено. Думаю, что недели через две успею покончить здесь свои дела и отправиться... Только не знаю куда. Посылают в Оренбург, на кумыс; но это для меня слишком далеко. В Гапсале,3 кажется, мало пользы будет для меня. Всего вероятнее, что я решусь провести лето в Старой Руссе. К разным соображениям, отчасти и денежным, присоединяется еще то, что там будет со мною несколько приятелей.
Вы спрашиваете, где и под каким именем печатаются мои статьи? Увы! На них нет имени... Я вовсе не стою в ряду писателей, приобретающих себе имя. Я принадлежу к тому безыменному легиону, на котором лежит черная журнальная работа, безвестная для публики. Я из числа тех, которые поставляют в журналы балласт, никогда и никем даже не разрезываемый, не только не читаемый. Мои статьи имеют интерес только для меня, потому что доставляют мне деньги. Вы никогда не захотите читать их и никогда не обратите на них внимания.4
Что сказать Вам еще о моей жизни? Разве вот что: проживши год сам собою, один, не в обществе и не в семействе, я убедился, что не умею ни жить, ни даже говорить о жизни. Буду еще учиться, и, может быть, перед смертью посетит меня наконец сладостное сознание, что вот наконец я понял жизнь!
Позвольте мне передать через Вас мое глубочайшее почтение Елизавете Христофоровне,8 княгине, князю и Софье Алексеевне. Я крайне сожалею, что не видался с князем, когда он был в Петербурге. Мне сказали о том, что он сюда приезжал, только в то время, как я получил Ваше письмо. Мне было ужасно досадно, что меня не известили вовремя, тем более что мне хотелось лично от князя услышать еще что-нибудь о наших нижегородских делах, о доме и пр. Но делать нечего; теперь уж, во всяком случае, поздно, и дело можно поправить, только съездивши в Москву, что я и сделаю, может быть, нынешним летом.
С истинным уважением и преданностью имею честь быть всегда готовый к услугам
Ваш Н. Добролюбов.
142. А. П. ЗЛАТОВРАТСКОМУ
7 июля 1858. Старая Русса
Старая Русса. Дмитриевская улица, дом Гольтяева.
7 июля