Читай, читай и читай пятый том "Исторической библиотеки", недавно вышедший: там Шлоссер рассказывает о французской революции. Это блаженство -- читать его рассказ. Я ничего подобного не читывал. Ни признака азарта, никакого фразерства, так неприятного у Луи Блана и даже Прудона, все спокойно, ровно, уверенно. Прочитаешь его и увидишь, что Николай Гаврилович вышел из его школы... Читай его непременно.4
Изображение Москвы,1* столько тебя устрашившее, принадлежит мне менее чем на половину. Это мы с Некрасовым однажды дурачились, и, конечно, все лучшие стихи -- его.
Читать с тобою в Трепореве мы, конечно, не будем, и потому я тебе ничего не привезу. Да и сам-то я опасаюсь приехать, не зная, как это понравится Анне Васильевне.5 Если она мне позволит, то я, конечно, постараюсь воспользоваться ее дозволением; но на твое приглашение я боюсь положиться.
Вообрази несчастье: Краевский вздумал перестраивать дом и в начале мая выгнал меня из флигеля, в котором я жил и который пошел в сломку. Я наскоро перебрался в квартиру Некрасова (он сам был уж на даче) и при этом растерял программы, приготовленные для отсылки твоему брату.. Так до сих пор и не писал ему. Теперь уж едва ли не поздно. Как ты думаешь? Напиши к нему все-таки (если не писал) о Военной академии; я тоже напишу и даже могу посоветовать (согласно с нашими обломовскими привычками) готовиться не торопясь -- к следующему году. Время это не ушло еще.
Получаешь ли ты наконец "Листок для всех"? Или он существует для всех, кроме тебя одного?
Напиши мне об июньской книжке2* вообще и о наших статьях в особенности.6 Вообще пиши мне больше о "Современнике", о его впечатлении, о недостатках и т. д. Он для меня все более становится настоящим делом, связанным со мною кровно. Ты понимаешь, конечно, почему...
Я тебя должен ругать за то, что ты мне не написал тотчас по получении моего письма:7 вообразив, что ты исполнил мое поручение (иначе, думал я, он бы уведомил), я не писал к Плещееву, а он с нетерпением ждал ответа. Это нехорошо. Славутинский сам тебе принес портрет, но тебя уже не застал; недавно он об этом написал мне.8 Кстати -- его повесть в июньской книжке 3* тоже относится, по-моему, к разряду статей, выражающих направление "Современника". Как тебе кажется?
Дмитревскому поклонись и скажи, что я жалею, что не видел его пред тем, как он поехал в Москву.
Твой весь Н. Добролюбов.
1* В "Петербургском послании", составляющем вторую часть "Дружеской переписки Москвы с Петербургом".