Ездил я недавно в Помпею и влюбился там -- не в танцовщицу помпейскую, а в одну мессинскую барышню,5 которая теперь во Флоренции, а недели через две вернется в Мессину. Как видите, мне представлялся превосходный предлог ехать во Флоренцию, но Я -- признаться Вам -- струсил и даже в Мессине, вероятно, не буду отыскивать помпейскую незнакомку, хотя отец ее и дал мне свой адрес и очень радушно приглашал к себе.
А другой незнакомки, в которую влюбился по Вашему указанию в театре, не видал больше, а был в Сан-Карло два раза после того.
Как видите, по сердечной части всё неудачи; зато денежные дела идут хорошо: вместо одной тысячи франков, которые я ждал, прислали мне две.6 Значит, Вы можете совершенно не заботиться насчет Вашего долга: сочтемся в Петербурге.
Портрета Вашего Вы мне не прислали, и я понял, почему Вы так недоверчиво приняли и мое обещание насчет портрета: Вы судили по себе. Но я, собственно для того, чтобы доказать Вам мою аккуратность, отправляю к Вам мою физиономию,7 немножко кривоглазую, правда, но это ничего. Разумеется, если Вы не хотите прислать мне Вашего портрета, то и мой сожжете; значит, я не обременяю Вас этой присылкой.
Пожалуйста, скажите от меня Пассеку, чтобы похлопотал о своих вещах у Великанова:8 я не нашел другого средства для пересылки. Если опять что-нибудь случится на почте, пусть пустит в ход расписку, полученную мной от Cimmino;9 я позабыл послать ее в письме к Пассеку,10 прилагаю теперь и прошу Вас передать ему.
Ваш Н. Добролюбов.
P. S. Жар ужасный -- не хочется идти за марками почтовыми; извините, что посылаю письмо нефранкированное, и отвечайте мне тем же.
272. В РЕДАКЦИЮ "СОВРЕМЕННИКА"
5(17) июня 1861. Неаполь
Следующая почта идет отсюда через три дня; к тому времени кончу всю статью. Если можно подождать, чтобы напечатать в июльской книжке, то подождите.