Чем же, однако, объяснить охлаждение публики к графу Соллогубу? Талант его так "же блестящ и цветущ теперь, как прежде; деятельность не прерывалась, убеждения тверды по-прежнему, словом, со стороны автора, все условия для успеха те же, что и прежде. Явно, что вся вина на стороне публики и критики. Главное обстоятельство, неблагоприятное для автора "Тарантаса", было, по нашему мнению, то, что критика долго не умела ясно и правильно понять его направления. Пока граф Соллогуб высказывался неопределенно, полунамеками, она хотела видеть в нем убеждения, какими она сама была проникнута, и в лицах его рассказов находила сознательное, художественное воспроизведение жизненной пошлости и пустоты. Впоследствии оказалось, что взгляд автора на своих героев но совсем сходился со взглядом критики, что многие из его лиц смешны и пусты ненамеренно, так, как смешны и пусты кажутся нам сильные и идеальные натуры в повестях Марлинского и Полевого. Критика перестала выражать свое восхищение повестями Соллогуба и ставить его рядом с Гоголем и Лермонтовым; публика тоже увидала, в чем дело, и не хотела восхищаться в графе Соллогубе тем, чем восхищалась в изображениях барона Фиренгейма и Ивана Васильича. Последовало невнимание и забвение... Другою причиною того же факта могла быть самая верность графа Соллогуба принятому однажды воззрению. Решивши, что "большой свет" живет только внешностью и полон пустоты, взглянувши и на все остальное сквозь лорнет "большого света", автор "Тарантаса" постоянно повторял одну и ту же тему, один и тот же тип, и это наконец приучило публику думать, что ничего нового от автора "Старушки" ожидать ужо нельзя. Охлаждение сделалось еще полнее, когда многие стали замечать, что не все же пустота в большом свете, что можно и там отыскать какие-нибудь серьезные интересы, если только сам ими проникнут серьезно... И вот -- забыла наша публика свои прежние восторги, забыла, сколько наслаждения доставляли ей прежде прекрасные картины графа Соллогуба, его художественные описания, красноречивые рассуждения, остроумные разговоры, меткие наблюдения над внешней стороной наших нравов и изящный юмор... Явился "Чиновник" -- публика вспомнила своего любимого автора, но скоро опять отвернулась от него... Явилось полное собрание его сочинений -- и до сих пор никто не занялся серьезным разбором их... Это очень грустное явление... Мы старались, как умели, рассмотреть и объяснить его, чтобы, с одной стороны, отдать справедливость талантливому беллетристу, а с другой -- напомнить публике о том, о ком не должна забыть будущая история нашей литературы.
ПРИМЕЧАНИЯ
УСЛОВНЫЕ СОКРАЩЕНИЯ
Аничков -- Н. А. Добролюбов. Полное собрание сочинений под ред. Е. В. Аничкова, тт. I--IX, СПб., изд-во "Деятель", 1911--1912.
Белинский -- В. Г. Белинский. Полное собрание сочинений, тт. I--XIII, М., изд-во Академии наук СССР, 1953--1959.
Герцен -- А. И. Герцен. Собрание сочинений в тридцати томах, тт. I--XXIII, М., изд-во Академии наук СССР, 1954--1961 (издание продолжается).
ГИХЛ -- Н. А. Добролюбов. Полное собрание сочинений в шести томах. Под ред. П. И. Лебедева-Полянского, М., ГИХЛ, 1934--1941.
ГПБ -- Государственная публичная библиотека им. M. E. Салтыкова-Щедрина (Ленинград).
Изд. 1862 г. -- Н. А. Добролюбов. Сочинения (под ред. Н. Г. Чернышевского), тт. I--IV, СПб., 1862.
ИРЛИ -- Институт русской литературы (Пушкинский дом) Академии наук СССР.