Весна лобзается с весною,
Как летом в наших небесах
Заря сливается с зарею.
От такой весны и я не прочь: знаю, что за ней будет горячее, долгое-предолгое лето, потом осень, чрезвычайно похожая на весну, только с плодами, -- та же красавица, только вполне созревшая... а там -- по календарю и будет зима, а я ее не увижу... Зима эта будет все равно что момент первого пробуждения любви у созревшей красавицы; а ведь известно, какая чудная весна и как быстро настает за этим моментом... И это так из года в год, из века в век. Такую весну я люблю, обожаю, "стремлюсь" к ней, -- хоть бы она была так же бурна и сурова, как прошлогодняя, хоть бы она действовала вовсе не благодетельно на нервы и здоровье отживающих, дряхлых стариков... Что ж, пусть их отживают и не смущают нам нашей весны, не заслоняют нам нашего солнца... А я еще не хочу отживать и буду наслаждаться весною, но той весною, а не нашей, наслаждаться у себя дома, и на улице, и на всяком месте, а не в каком-нибудь дальнем Парголове5 или в ином каком не менее укромном и неудобном уголке.
Как видите, я "в принципе" согласен с моим товарищем по "Обозрению"; но в применениях мы расходимся. Он выдумал какую-то возможность наслаждаться весною у нас, даже в Петербурге и его окрестностях. А я беру смелость утверждать, что это положительно невозможно. Во-первых, возьмите краткость, мимолетность, так сказать, нашей весны, доходящую поистине до неуловимости...
За весной, красой природы,
Лето красное пройдет,--
И туман и непогоды
Осень поздняя несет.
Людям тяжко, людям горе,6