Ольга Пояркова -- желтоволосая. Моя слава у нее померкла, потому что я с ней очень грубо обращаюсь. Теперь я славлюсь только у Цукерманши, библиотекарши из "Карла Маркса".
Мне очень скучно. Если требуется выразиться текстом из Евангелия, то "душа моя скорбит смертельно". Сегодня я взял у Цукерманши "Арсена Люпена" и, когда допишу это письмо, буду читать.
Как теперь говорит Михаил Леонидович: "л" или "ль"? Когда у вас опять будут новости, то напишите, пожалуйста. Я напишу когда-нибудь подлинней, а сейчас я -- в унынии.
Ваш Л. Добычин.
36
14 марта.
Дорогой Михаил Леонидович.
Сколько всего частей в Вашем романе? Я еще ничего не написал, все придумываю. Я очень поглупел после поездки в Петербург, и мне трудно придумывать. Все-таки, после этих двух рассказов, о которых я трублю, буду и я Писать Роман -- через несколько лет.
Я уже прочитал "Арсения Люпена" и, кроме того, "Петера Фосса, похитителя миллионов". "Арсения" я взял у Цукерманши (в "Карле Марксе" течет крыша, и под капли подставлена лохань. Цукерманша держится за голову и говорит: "Ах, как действует на нервы". Ей даны восемь шашечных досок, она должна их выдавать игрокам под залог удостоверений личности -- и считает это профанацией), а "Петера" -- девчонки у Ольги Поярковой. Скоро они возьмут у нее "Яшмовую трость", а у Цукерманши взять больше нечего, ее книги я все уже читал.
Вчера я видел Зайцева -- он тоже очень поглупел, рассказывает только, как он совокупляется с разными красотками и какие у него долги, а еще -- что очень много выигрывает в лотерею. Прежде он был гораздо приятней.