-- Еще одна моя находка! -- сказал министр, снова садясь и засунув руки в проймы жилета.-- Ну-ка, прочти, что тут написано.
Г-жа Лё-Кенуа заметила, что уже звонили к обеду, но Гортензия живо возразила, что это всего в первый раз; положивши щеку на руку, она стала слушать в красивой позе улыбающегося ожидания.
"Г-ну-ли министру изящных искусств или директору Оперы обязана парижская публика смешной мистификацией, жертвой которой она оказалась вчера вечером!.."
Они вздрогнули все, за исключением Вомпара, который, увлекшись чтением и убаюкиваемый привычкой заслушиваться своего голоса, не понимая, что он читает, посматриваж поочередно на них, очень удивленный их смущением.
-- Да читай же, -- сказал Нума, -- читай же!
"Во всяком случае, мы возлагаем ответственность за-это на г-на Руместана. Это он привез нам с своей родины эту странную, дикую дудку, эту козью флейту..."
-- Какие есть злые люди на свете... -- прервала молодая девушка, бледнея под своими розами.
Чтец продолжал, выпучивая глаза от чудовищных вещей, которые он предвидел впереди.
"...козью флейту. Это ему наша музыкальная академия обязана тем, что была похожа, в течение одного вечера, на возвращение с ярмарки в Сен-Клу. По правде говоря, нужен был не малый апломб для того, чтобы вообразить, будто Париж..."
Министр стремительно вырвал газету из его рук.