Несмотря однако на все свое могущество, он зависел от прихоти повелителя, которого был любимцем. Надо было видеть как он искусно пользовался своим влиянием. Раз после ссоры, продолжавшейся несколько месяцев, он снова захотел войти в милость. Он явился на аудиенцию е головой покрытой тарбу ж ем, красным головным убором, грязным и шутовской формы.
У вас, -- заметил вице-король, -- очень странный и смешной головной убор.
-- Ваша светлость, -- отвечал Браве, -- такой убор идет только человеку находящемуся в немилости. Возвратите мне вашу милость и мой убор изменится как бы по мановению волшебного жезла.
-- Ну, я возвращаю вам ее!
И Браве бросил свой тарбу ж, достал совершенно новую феску из кармана и надел ее себе на голову к великой потехе его светлости и всего собрания.
Надо отдать справедливость Браве; он никогда не забывал что он француз. Браве уговорил Саида дать г. де Лессепсу концессию на Суэцкий перешеек и доставил ему большую часть капиталов на это предприятие.
Гардский департамент в особенности воспользовался миллионами Браве. Невозможно себе представить сколько жителей южной Франции налетело на Египет. Туземцы могли подумать что к ним возвращается одна из тех язв, от которых страна их страдала в библейские времена.
Оттого Браве и сделался в своем департаменте по крайней мере столь же популярным как Авиньонский мост. Он был избран сначала членом генерального совета. Он купил огромные поместья и между ними замок Сен-Романс, которого такое прекрасное описание представил Альфонс Додэ в своем романе, и который в действительности носит название замка Бель-О. Это великолепное поместье принадлежало прежде монсеньору Сибуру, архиепископу парижскому, бывшему также уроженцем Гардского департамента. Теперь оно принадлежит хорошо известному парижскому миллионеру г. Белейзу.
Г. Додэ повествует, что Набаб вздумал дать там праздник Тунисскому бею во вкусе празднеств которые Фуке давал Лудовику XIV, но что бей отказался на нем присутствовать. Здесь роман оставляет действительность и переходит в область вымысла. Праздник у Браве состоялся, вице-король Египетский присутствовал на нем и был им очарован.
Великолепие означенного празднества было неслыханное. До пятидесяти тысяч человек приглашено было на это царское торжество, продолжавшееся трое суток. Столы были расставлены на протяжении гектара. Богатые и бедные садились за них. Счет уплаченный Браве простирается до 500.000 франков. Праздник был организован и исполнен со вкусом и увлечением г. Карвало, нынешним директором Комической Оперы.