-- Monsieur Астье-Рею, членъ французской академіи...
-- Herr докторъ-профессоръ Шванталеръ...
-- Тартаренъ изъ Тараскона!...
Въ стрѣльчатомъ окнѣ надъ порталомъ показался художникъ въ блузѣ и съ палитрой въ рукахъ.
-- Мой famulus { Famulus -- мальчикъ, ученикъ и прислужникъ. Въ немецк. университетахъ названіемъ "фамулюсъ" обозначаютъ иногда студентовъ, спеціально занимающихся при профессорѣ въ лабораторіи, иногда -- ассистентовъ при знаменитыхъ врачахъ.} идетъ отпирать вамъ, господа,-- сказалъ онъ почтительнымъ тономъ.
"То-то... иначе и быть не могло,-- подумалъ Тартаренъ.-- Мнѣ стоило только сказать свое имя..."
Тѣмъ не менѣе, онъ, изъ деликатности, уступилъ дорогу и вошелъ послѣднимъ.
Художникъ, красивый, рослый малый съ цѣлою гривой золотистыхъ волосъ, придававшихъ ему видъ артиста эпохи Возрожденія, встрѣтилъ ихъ на приставной лѣстницѣ, ведущей на подмостки, устроенные для расписыванія верхняго яруса часовни. Фрески, изображающія главные эпизоды изъ жизни Вильгельма Теля, были уже окончены, кромѣ одного, воспроизводящаго сцену съ яблокомъ на площади Альторфа. Надъ нею еще работалъ художникъ, причемъ его "фамулусъ",-- какъ онъ выговаривалъ,-- съ прическою херувима, съ голыми ногами и въ средневѣковомъ костюмѣ, позировалъ для фигуры сына Вильгельма Теля.
Всѣ архаическія личности, написанныя на стѣнахъ, пестрѣющія красными, зелеными, желтыми, голубыми костюмами, изображенныя больше чѣмъ въ натуральную величину, въ тѣсномъ пространствѣ старинныхъ стрѣльчатыхъ очертаній постройки, и разсчитанныя на то, чтобы зритель видѣлъ ихъ снизу, вблизи производили на присутствующихъ довольно плачевное впечатлѣніе; но посѣтители пришли съ тѣмъ, чтобы восхищаться, и, разумѣется, восхищались. Съ тому же, никто изъ нихъ ровно ничего не понималъ въ живописи.
-- Я нахожу это необычайно характернымъ,-- торжественно заявилъ Астье-Рею, стоя съ дорожнымъ мѣшкомъ въ рукахъ.