-- Здравствуй, Ганс.
-- А какая у нас радость в доме!
-- Что такое? -- широко открыла глаза Анни.
Ганс рассказал ей о чудесном выздоровлении отца, и так как Анни была давнишним, верным другом его семьи, то он не скрыл от нее и своей теперешней заботы. Деньги все вышли, а работу зимой найти очень трудно. В Бруке не нашлось ничего, и теперь он спешит в Амстердам. Беда, если неудача ждет его и там.
О пропавшей тысяче гульденов Ганс не решился упомянуть: это была не только его тайна.
-- Ну, до свидания, Анни, -- наконец сказал он. -- Время идет, а мне нужно как можно скорее бежать в Амстердам и прежде всего продать вот эти коньки. До вечера ждать нельзя, так как деньги нужны матери теперь. А потом я постараюсь найти себе какую-нибудь работу.
-- Как? Ты хочешь продать свои новые коньки -- ты, лучший конькобежец в околотке? Ведь через пять дней будут состязания!
-- Да, знаю, -- твердо сказал Ганс. -- Я не буду участвовать в них, а домой вернусь на своих старых, деревянных... До свидания!
-- Постой, постой, Ганс! Ты в самом деле хочешь продать свои коньки?
-- Конечно, -- улыбаясь, ответил он.