И слезы полились из глаз Гретель.
-- Не плачь, моя девочка, -- нежно сказала Метта. -- Болезнь отца, может быть, не так опасна, как нам кажется. С ним и раньше бывали такие припадки.
Гретель не могла удержаться и зарыдала.
-- О, мама, я плачу не только от этого... ты не знаешь... я очень, очень дурная девочка!
-- Ты, Гретель, такая терпеливая, такая добрая! -- сказала Метта, с любовью взглянув на нее. -- Ну, перестань же, моя милая. Ты разбудишь отца.
Гретель прижалась головой к коленам матери, стараясь удержать слезы. Ее худенькая смуглая рука лежала в загрубевшей от работы руке Метты. Ричи, наверное, содрогнулась бы от одной мысли прикоснуться к таким рукам, а между тем в их крепком пожатии было столько нежности, столько любви!
-- Папа хотел сжечь тебя, мама, -- сказала, наконец, прерывающимся голосом Гретель, подняв голову, -- да, сжечь. И я видела... видела сама... что он смеялся!
-- Тс-с-с! Молчи!
-- Тс-с-с! Молчи!