-- А! Теперь я уверен, что прочел их правильно. Ты думала о тех самоотверженных женщинах, без которых Пруссия, быть может, погибла бы. Я догадался об этом по гордому блеску твоих глаз.
-- Ну, значит, гордый блеск моих глаз обманчив, -- ответила она. -- Я не помышляла о столь великих событиях. Откровенно говоря, я просто думала о том, как подойдет это ожерелье к моему голубому парчовому платью.
-- Так, так! -- воскликнул ее супруг, немного смутившись.
-- Но я могу вспомнить и о них, Яспер, и тогда твой подарок покажется мне еще более ценным... Ты не забыл этих событий, Питер? Помнишь, как французы вторглись в Пруссию и страна не могла защищаться от врагов, так как у нее не хватало на это средств? Тогда женщины перетянули чашу весов -- они пожертвовали государству свое столовое серебро и драгоценности.
"Ага! -- подумал мейнхеер ван Генд, поймав загоревшийся взгляд своей вроу. -- Теперь гордый огонь горит по-настоящему".
Питер лукаво заметил, что, однако, и после этого женщины остались такими же тщеславными, как и были, -- ведь они все-таки не перестали носить украшения. Правда, они расстались со своим золотом и серебром, отдав его государству, но заменили их чугуном, так как не могли обойтись без своих побрякушек,
-- Ну и что ж из этого? -- сказала хозяйка, снова загораясь. -- Не грешно любить красивые вещи, если умеешь приспосабливаться к обстоятельствам. Эти женщины спасли свою родину и косвенным путем создали очень важную отрасль промышленности. Вот все, что я могу сказать. Не так ли, Яспер?
-- Конечно, милочка, -- подтвердил ее муж. -- Но мне незачем убеждать Питера, что во всем мире женщины всегда были на высоте, когда приходил час испытаний для их родины, тем более, -- тут он сделал поклон в сторону жены, -- что его соотечественницы занимают видное место в летописях женского патриотизма и самоотвержения.
Затем, повернувшись к Бену, хозяин заговорил с ним по-английски об Антверпене, этом прекрасном древнем бельгийском городе. Между прочим, он рассказал и о происхождении его названия. Бена учили, что слово "Антверпен" происходит от слов "аан'т верф" -- на верфи; но мейнхеер ван Генд гораздо интереснее объяснил, почему так назвали город.
Сохранилось предание, что около трех тысяч лет назад огромный великан Антигон жил у реки Схельд (Шельды), на том месте, где теперь стоит город Антверпен. Великан отбирал у всех моряков, проплывавших мимо его замка, половину их товаров. Некоторые, конечно, пытались сопротивляться. В таких случаях Антигон хватал купцов и, чтобы научить их впредь вести себя прилично, отрубал им правую руку и бросал в реку эти руки. Слова "ханд верпен" (бросание рук), превратившись в Антверпен, дали название этому месту. На гербе города изображены две руки. Какое еще нужно доказательство того, что это предание -- быль? Особенно... если хочется верить!