Даже Ламберт и Бен, поджидавшие Питера на углу улицы, начали выражать нетерпение.
Но вот капитан пришел, и весь отряд наконец собрался на канале.
-- Скорее, Питер, -- ворчал Людвиг, -- мы совсем замерзли... Так я и знал: ты последним наденешь коньки!
-- Вот как? -- отозвался старший брат, глядя на него снизу вверх с притворно глубоким интересом. -- Догадливый мальчуган!
Людвиг рассмеялся, но сделал сердитое лицо и сказал:
-- Я говорю серьезно. Надо же нам попасть домой до конца года!
-- Ну, ребята, -- крикнул Питер, застегнув последнюю пряжку и быстро выпрямляясь, -- путь свободен! Давайте вообразим, что сейчас начинаются наши большие состязания. Готовы? Раз... два... три... пошли!
Можете не сомневаться: за первые полчаса почти никто не произнес ни слова. По льду мчались шестеро Меркуриев. Выражаясь проще, ребята летели с быстротой молнии... Нет, и это неточное сравнение! Но в том-то и дело, что прямо не знаешь, как выразиться, когда полдюжины ребят проносятся мимо тебя с такой головокружительной скоростью. Я только могу вас уверить, что они напрягали все свои силы и, нагнувшись, с горящими глазами, так летели по каналу между мирными конькобежцами, что даже блюститель порядка крикнул: "Стойте!" Но это только подбавило им прыти, и они понеслись вперед, каждый стараясь за двоих и приводя в изумление всех встречных.
Но законы трения сильнее даже блюстителей порядка на канале.
Немного погодя стал отставать Якоб... потом Людвиг... потом Ламберт... потом Карл.