-- Спокойной ночи, фея! -- кричали ей вслед Ханс и Гретель.
-- Спокойной ночи, смертные! -- крикнула она наконец, перепрыгнув через замерзшую канаву, и быстро побежала домой.
-- Ну, не правда ли, она похожа на... на цветок... такая милая и прелестная! -- воскликнула Гретель, с величайшим восхищением глядя вслед Анни. -- Подумай, сколько дней она просидела в темной комнате с больной бабушкой... Но слушай, братец Ханс, что с тобой? Что ты собираешься делать?
-- Подожди -- увидишь! -- ответил Ханс и, бросившись в дом, мгновенно вернулся с заступом и ломом в руках. -- Я хочу зарыть свою волшебную бусинку!
* * *
Рафф Бринкер все еще крепко спал. Его жена взяла небольшой кусок торфа из своего почти иссякшего запаса и положила его на тлеющие угли. Потом открыла дверь и негромко позвала:
-- Идите домой, дети!
-- Мама, мама! Смотри! -- во все горло крикнул Ханс.
-- Святой угодник Бавон! -- восклпкнула тетушка Бринкер, выскочив за порог. -- Что это с парнем?
-- Иди сюда скорей, мама! -- кричал Ханс в сильнейшем возбуждении, работая изо всех сил и после каждого слова вонзая лом в землю. -- Видишь? Вот это самое место... вот здесь, на юг от пня. И как это мы вчера вечером не догадались? Ведь этот пень -- от той старой ивы, которую ты срубила прошлой весной, потому что от нее падала тень на картофель. А молодого деревца здесь и в помине не было, когда отец... Ура! Ура!