Якоб и Бен получили разрешение отправиться в длинное путешествие на коньках -- не больше не меньше, как в Гаагу, столицу Голландии, а от Брука до нее примерно пятьдесят миль.
-- Ну, ребята, -- добавил Якоб, рассказав о своем проекте, -- кто отправится с нами?
-- Я! Я! -- возбужденно закричали все мальчики.
-- И я тоже! -- осмелился крикнуть маленький Воостенвальберт.
-- Ха-ха-ха! -- расхохотался Якоб, держась за толстые бока и тряся пухлыми щеками. -- Ты тоже отправишься? Такой карапуз? Эх ты, малютка, да ведь ты еще носишь подушечки!
Надо вам сказать, что в Голландии маленькие дети носят на голове под каркасом из китового уса и лент тонкие подушечки, предохраняющие от ушибов при падении. День, когда перестают их носить, отмечает границу между младенчеством и детством. Воост уже несколько лет назад достиг этой высокой ступени, и стерпеть оскорбление, нанесенное ему Якобом, оказалось выше его сил.
-- Думай, о чем говоришь? -- пискнул он. -- Лучше сам постарайся когда-нибудь сбросить свои подушки -- они у тебя на всех частях тела!
-- Ха-ха-ха! -- громко захохотали все мальчики, кроме Добса, который ничего не понял.
-- Ха-ха-ха! -- громче всех рассмеялся сам Якоб. -- Это мой жир... йа... он говорит, я ношу подушки из жира! -- объяснил Бону добродушный толстяк.
Острота Вооста имела такой успех, что все единогласно решили принять его в компанию, если только его родители согласятся.