Англичанинъ Джемсъ Кларкъ утверждаетъ, что изслѣдованія о положеніи швей дали еще болѣе страшные результаты, чѣмъ даже мануфактурное производство.
Оказалось, что швеи обыкновенно работаютъ 18 часовъ въ день и что только крѣпкій кофе дѣлаетъ ихъ способными такъ долго держать въ рукахъ иглу. Женщины эти, большею частью между 16--30-лѣтнимъ возрастомъ, буквально дорабатываются до смерти. Онѣ работаютъ изъ года въ годъ, крѣпко прикованныя къ своимъ стульямъ, съ утра до ночи, въ холоду ранняго зимняго утра, въ полуденномъ зноѣ жаркаго лѣта, неустанно, безъ перемѣны, безъ радости въ жизни, чтобы въ лучшемъ случаѣ получить 2 фр. въ день. Ихъ глаза и ихъ грудь страдаютъ; ихъ жизнь -- медленное умираніе, постепенное изнеможете, и горе имъ, если онѣ заболѣютъ. Швеи въ Лондонѣ, по большей части, либо обременены неспособными къ труду и больными мужьями, либо онѣ вдовы и кормилицы своихъ дѣтей.
Свѣдѣнія, доставленныя одною управительницей національныхъ мастерскихъ въ Парижѣ, даютъ намъ возможность взглянуть поближе на несчастное положеніе этихъ работницъ,-- наложеніе, приводящее въ ужасъ. Когда правительство въ 1848 году открыло нѣсколько мастерскихъ, болѣе 12.000 женщинъ хлынуло въ Парижъ. Между прочимъ 1.200--2.000 женщинъ наступили въ одно плохо вентилированное заведеніе, гдѣ онѣ чуть-чуть не задохлись въ пылающей жарѣ лѣтняго мѣсяца. Многія изъ нихъ, больныя и изнуренныя, должны были содержать цѣлую семью и зарабатывали 6 су поденно; у кругахъ, шившихъ рубахи, поденная плата равнялась 12 су.
Англичанинъ Валлей, почитаемый за полновѣсный авторитетъ въ этой области, держится того мнѣнія, что не менѣе 6.000 дѣтей ежегодно нисходитъ въ могилу, вслѣдствіе того, что женскій трудъ дурно оплачивается.
"Съ отяжелѣвшими и красными вѣками, въ рубищѣ, сидѣла женщина и утомленными, исхудалыми пальцами все шила, шила, на жизнь и смерть. Стегь, стегъ, стегь!... Голодъ, грязь и неисходная нужда. Голосомъ полнымъ отчаянной скорби она пѣла "Пѣсню о рубашкѣ" {"The Song of the Shirt", при своемъ появленіи въ свѣтъ, произвела такую сенсацію, что, по желанію поэта, за его памятникѣ были вырѣзаны лишь только слѣдующія слова:"He sang the Song of the Shirt" ("Онъ написалъ Пѣсню о рубашкѣ").}.
Не по высокимъ поэтическимъ красотамъ "Пѣсня о рубашкѣ" сдѣлалась всемірно-знаменитой,-- нѣтъ, вслѣдствіе ужасной правдивости, съ которой Томасъ Гудъ выразилъ дикую, безнадежную скорбь цѣлаго класса людей... Эта "Пѣсня о рубашкѣ" -- "Марсельеза" женщины иголки. Это -- не гимнъ, а похоронная пѣснь надъ пучиной народнаго горя!
Когда женщины средняго и высшаго сословій, оставшись вдовами и незамужними, вслѣдствіе бѣдности, начинаютъ искать средствъ къ существованію, то имъ предлагаются лишь тѣ отрасли промышленности, которыя уже переполнены несчастнымъ людомъ. Эти области труда приносятъ имъ равно столько же, сколько неизбѣжно необходимо для поддержанія жизни, если только онѣ прилежно и старательно напередъ изучили искусство жить впроголодь.
Воспитанницы С.-Дени во Франціи -- дочери и сироты высшихъ офицеровъ. Это заведеніе окончательно замарало свою репутацію; даже, доходило до того, что стали утверждать, будто между узницами С.-Лазаря находились прежнія ученицы этого заведенія. Воспитательная программа этого питомника заключаетъ въ себѣ всѣ необходимые, для будущей хозяйки, предметы: кулинарное я прачечное искусство, изготовленіе платья и т. д. Бѣлье всего питомника изготовляется самими ученицами. Это, безъ сомнѣнія, драгоцѣнныя знанія для женщины, которая можетъ жить у домашняго очага. Забываютъ, что большая часть дѣвушекъ средняго и высшаго класса, не имѣющихъ возможности купить себѣ мужа; должны собственными силами пріобрѣтать себѣ средства къ существованію. Когда ученикъ, воспитываемый на общественный счетъ, оставляетъ учебное заведеніе, ему открывается почетное, даже, можно сказать, блестящее поприще. Такая же ученица должна оставить школу восемнадцати лѣтъ; ее выбрасываютъ въ свѣтъ лишь съ знаніемъ швейнаго и кухоннаго искусства. Но она не сошьетъ ни одного платья, по той простой причинѣ, что для этого надобно имѣть матерію; она не будетъ ни варить, ни жарить, по той причинѣ, что варить и жарить нечего. Воспитаніе и общественное положеніе препятствуютъ ей идти въ швеи. Что же остается ей?-- Нищета, отчаяніе, развратъ. Женщинъ воспитываютъ къ зависимому положенію; но найдется ли кто-нибудь, который поддержалъ бы ее во время неисходной нужды, объ этомъ не заботятся.
Мнѣ даже кажется, будто убѣжденіе, которое стараются вкоренить въ сердца индійскихъ женщинъ, что послѣ смерти своихъ мужей и кормильцевъ онѣ должны также добровольно предать себя смерти,-- будто это убѣжденіе есть не что иное, какъ экономическое коварство. Мнѣ кажется, что это политическая утка швыряетъ на костеръ этихъ жертвенныхъ овецъ, въ виду, будто бы, небеснаго блаженства. Наши вдовы болѣе себя не сжигаютъ; тѣмъ не менѣе онѣ низводятъ себя въ преждевременную могилу горемъ и нуждой.
Низко оцѣниваемый и полуоплачиваемый трудъ есть рабство въ болѣе мягкой формѣ; а это -- общее положеніе женщинъ относительно всѣхъ областей такъ-называемыхъ свободныхъ профессій.