"Удивительная быстрота, съ которою мыслятъ женщины,-- говоритъ Бокль въ одномъ изъ своихъ этюдовъ,-- вслѣдствіе злосчастной, презрѣнной, безалаберной системы женскаго воспитанія, при которой старательно избѣгаютъ дѣльныхъ предметовъ я старательно выставляютъ на первый планъ всякіе пустяки, притупляется, пока ихъ тонкій и живой умъ безвозвратно не оцѣпенѣваетъ".
Гораздо энергичнѣе боннскаго профессора ставить свои положенія профессоръ фонъ-Бишофъ:
"Положительно никто не въ состояніи доказать,-- думаетъ онъ,-- что внѣшнія вліянія, сила или коварство препятствуютъ женскому полу принимать участіе въ умственномъ трудѣ въ равной степени съ мужскимъ. Да и рѣшительно нѣтъ никакой возможности ему въ этомъ препятствовать. Я твердо держусь того мнѣнія, что еслибы женщины отъ природы были способнѣе къ научнымъ занятіямъ, такъ онѣ давно стояли бы наравнѣ шли выше мужчинъ""
Для меня это имѣетъ такой же смыслъ, какъ еслибы кто-нибудь сказалъ: будь пролетаріи отъ природы способны ѣсть устрицы и нить шампанское, они давно бы уже съѣдали столько же или болѣе устрицъ и выпивали бы болѣе шампанскаго, нежели капиталисты.
Г. фонъ-Бишофъ продолжаетъ: "Женщины не призваны въ занятію науками; объ этомъ не можетъ быть сомнѣніи. Каждый знакомый хоть сколько-нибудь съ исторіей цивилизаціи знаетъ, что это мнимое угнетеніе уже цѣлое тысячелѣтіе вовсе не существуетъ у культурныхъ народовъ христіанской Европы. Не во внѣшнихъ обстоятельствахъ, а въ самой сущности женскаго ужа лежитъ эта неспособность.
"Рѣшительно не существуетъ никакой возможности преградить женщинамъ доступъ въ университетскому образованію",-- думаетъ г. фонъ-Бишофъ.
Мы не вѣримъ нашимъ глазамъ, читая такія вещи. Это пишетъ человѣкъ, который говоритъ (стр. 41 его брошюры): "Я твердо рѣшился никакъ не пускать женщинъ на свои лекціи", да еще прибавляетъ, что никто не можетъ принудить его читать дѣвушкамъ.
Онъ самъ своимъ собственнымъ образомъ дѣйствія доказываетъ исключеніе, выставляетъ этотъ образъ дѣйствія за единственно-нормальный, питаетъ въ профессорамъ, которые позволяютъ женщинамъ присутствовать на ихъ лекціяхъ, презрѣніе и приходитъ въ концѣ концовъ къ тому заключенію, что и возможности-то никакой не существуетъ закрывать женщинамъ двери университетовъ!... На подобныя умозаключенія мы ничего не можемъ отвѣчать, кромѣ безмѣрнаго удивленіи. Ужь не въ самомъ ли дѣлѣ здравый смыслъ и ученый смыслъ составляютъ діаметральную противоположность?
"Не внѣшнія вліянія, не сила или коварство лишаютъ ихъ (женщинъ) возможности заниматься умственнымъ трудомъ въ равной мѣрѣ съ мужниной".
Когда женщина пожелала бы изучать юриспруденцію,-- не правда ли, г. фонъ-Бишофъ,-- впослѣдствіи ничто не препятствовало бы ей, въ качествѣ гегеймрата или президента, занять мѣсто, соотвѣтствующее ея спеціальному образованію?