— Я имею честь говорить с господином диктатором?
— Нет. Это государственный секретарь флота. Президент отправился на отдых. Я приму доклад. Ваша телеграмма о катастрофе лежит передо мной.
— Вы знаете?
— Я знаю, что ваш флот не боеспособен и направляется к востоку со скоростью пятидесяти морских миль…
— Уже не пятидесяти, а ста. Наши корабли несутся к востоку, наполовину приподнявшись над водой. Мы ничего не можем предпринять против этого. Приходится ожидать.
— Есть ли какие-либо повреждения на кораблях? Каково положение экипажа?
— Повреждений нет. Состояние экипажа?.. Лучше не спрашивайте!.. Никакой дисциплины!.. Часть людей охвачена религиозным безумием. Некоторые кинулись за борт. Если путешествие будет дальше продолжаться так, мы завтра очутимся в Англии.
Государственный секретарь флота положил трубку на аппарат и подошел к большому глобусу. Потом он повернулся к своим коллегам.
— Я думаю, что мы можем завтра ожидать прибытия английского флота около девяти часов.
Вызвали по телефону доктора Роквелля. В положении президента-диктатора не наступило изменения. Полномочия перешли к государственным секретарям.