Его сообщение вызвало новое беспокойство. Представители больших газет за большие деньги покупали у студентов их записки. К вечеру 13-го августа, этот доклад распространился по всему свету. От Гаммерфеста[21] до Капштадта, от Лондона до Сиднея дебатировалось это сообщение.
Было ясно, что немецкий ученый, по крайней мере теоретически, напал на след источников загадочной власти. Чем больше углублялись физики всего мира в детали его изысканий, тем более правильными должны были они признать его заключения.
И все-же никому не было известно, какими средствами достигается освобождение энергии… Мысль, что одно какое-нибудь государство может открыть тайну и стать владыкой всего мира, возбудило новое беспокойство.
Во всех концах земного шара ждали новых выступлений власти. Все были охвачены томительным ожиданием.
Это было в полдень пятнадцатого августа. Как всегда, радиотелеграммы прорезали воздух. Внезапно телеграфное сообщение прервалось. До сих пор таинственная власть передавала свои телеграммы через одну из больших европейских или американских станций. Теперь же к востоку от Атлантического океана появилось в воздухе сильное электромагнетическое поле. В середине его находилась высокая узкая башня; оно пульсировало со скоростью ста тысяч колебаний в секунду и излучало энергию в десять миллионов киловатт по всем направлениям; потом оно быстро направилось к западу через океан.
Под ритмический стук телеграфных аппаратов появлялось и исчезало это поле, и все существовавшие в Европе и Америке электрические приспособления двигались в такт. Пассажиры электрических трамваев разбирали слова в монотонном гудении моторов; горящие электрические лампы начинали трещать, и в этом треске слышались те же слова; разговаривающие по телефону внезапно слышали то же самое. Аппараты всех телеграфных станций в эти минуты переставали отправлять свои телеграммы и выстукивали сообщение власти:
«Война кончена. „Власть“ требует послушания. Она карает неповиновение.»
Мир сжался от этих слов. Как удары хлыста, действовали отрывистые фразы, оповещавшие о новом властителе. Словно черная туча, навис над человечеством гнет чужой воли. Правительства и отдельные государственные деятели были беспомощны.
Внешняя политика, правда, не представляла затруднений. Власть приказывала сохранять мир, и оставалось только беспрекословно повиноваться. Но зато осложнилась внутренняя политика. Отдельные народы восставали против своих покорителей, спрашивая себя, стоит ли вообще подчиняться правительству, которое лишь по милости таинственной власти еще держится на своем месте и ежеминутно может быть уничтожено.
Профессор Рапс сидел в своей рабочей комнате. Перед ученым лежала рукопись почти законченной работы. Груды писем и телеграмм покрывали большой стол. Это были запросы ученых институтов, государственных учреждений, частных лиц и чужих правительств.