Сквозь бисерный занавес вошел в комнату Атма и вплотную подошел к спящему. Он тоже выглядел утомленным. Следовавший за ним по пятам Сильвестр Бурсфельд со страхом заметил это. Индус подошел к спящему и провел рукой по его глазам и лбу. Сильвестр заметил, как он старается победить свою усталость, и снова струить целые токи своей собственной гипнотической воли в тело спящего. Потом он отступил и упал в кресло. По его знаку Сильвестр Бурсфельд стал за портьеру вне поля зрения Глоссина.
Снова проходили минуты. Часы пробили трижды. Тогда спящая фигура ожила и зашевелилась. Доктор Глоссин поднялся, как человек, проснувшийся от глубокого сна. Он провел рукой по лбу, словно собираясь с мыслями. Потом стал разговаривать сам с собой.
— Что я хотел делать?
Сильвестр взялся за висевший на его боку аппарат. Если изменит искусство Атмы, он обладает средством разорвать этого человека на атомы, сжечь его, превратить в кучку золы или облачко пара. Но тогда он никогда не узнает, куда этот дьявол затащил бедную Яну.
Он снял руку с аппарата, поняв, что победа Атмы над Глоссиным необходима.
Борьба близилась к концу.
Индус встал и вплотную подступил к столу. Сильвестр видел, что он собирает последние остатки своей могучей гипнотической силы, чтобы внушить противнику свою волю. И, наконец, внушение подействовало.
Внезапно голос Атмы вырвал из мечтаний Глоссина.
— Где Яна Гарте? — впиваясь взглядом в взгляд Глоссина, спросил индус.
Короткая судорога пробежала по членам доктора. Казалось, что он снова хочет бороться. Но его сопротивление было сломлено. Выражение безмерной усталости проступило на его лице, когда он ответил: