Он поспел во время. Белое платье Яны уже неясно мелькало среди стволов. Доктор Глоссин выиграл время, и вечерние тени сгущались с каждой секундой. Но Глоссин был стар, Атма молод, Глоссин нес на плече тяжесть, Атма же был налегке.
Преимущества Глоссина уменьшались с минуты на минуту. Пришедшая в себя от толчков и тряски бега, Яна всеми силами сопротивлялась. Откидываясь назад, она мешала Глоссину.
Он уже слышал за собой тяжелое дыхание индуса. Его охватил смертельный страх. Судьба следовала за ним по пятам. Только бы спастись!
Пред ним показалась небольшая пропасть. Опустив Яну наземь, он спрыгнул вниз и побежал вдоль обрыва. Здесь был уже полный мрак. В своей темной одежде он был невидим здесь. Осторожно крался он от дерева к дереву, стараясь не производить ни малейшего шороха.
Атма остановился возле Яны, осторожно поднял ее и, то неся, то ведя ее, добрался с ней до каюты Р.Ф.С.I и направился к Сильвестру.
Тот лежал без сознания. Лучеиспускатель выпал из его рук, из раны струилась кровь.
Атма поспел во время. Тем же ножом, которым он недавно перерезал путы, он теперь распорол одежду, обнажив пораненное место. Была задета артерия.
Прошло довольно много времени, пока Атме удалось остановить кровь. Края раны, наконец, закрылись. Атма осторожно перенес товарища своих детских лет на другой аэроплан и с бесконечной заботливостью уложил его.
Теперь Атма знал, что его друг и девушка в безопасности. Его фигура напрягалась, и с лучеиспускателем в руке повернулся он к лесу. При последнем свете умирающего дня виднелась там руина Р.Ф.С.II.
Аппарат заработал. Теперь индусу не нужно было так осторожно целиться. С грохотом взорвались десять тысяч киловатт среди обломков. В мгновение ока весь корпус вспыхнул… Потом жар превратился в белое каление. Загорелся алюминий. Горящая масса во все стороны разбрасывала миллионы искр и звездочек. Потом она превратилась в лужу растаявшей глины; это было все, что осталось от прекрасного образца человеческого гения.