Общее движение и улыбки.
Нилов. Зато вы, Александр Дмитриевич, совсем уж не похожи на Петрония!..
Протопопов (кокетничая). Помилуйте, адмирал! Куда мне до Петрония!.. Я был и останусь скромным симбирским помещиком.
Фредерикс все время смотрит в бинокль в сторону зрительного зала.
Щегловитов (после короткой паузы, наклоняясь к Фредериксу). Что, ваше сиятельство, Григорий Ефимович так-таки и не будет сегодня?
Фредерикс (опуская бинокль). По всей вероятности, нет. Он сейчас у ее величества на сеансе.
Протопопов (подхватывает новую тему). Григорий Ефимович жаловался мне на плохое самочувствие... (ко всем, с неподдельным огорчением в голосе). Вы знаете, меня серьезно беспокоит его сердце... Рейн находит маленький отек...
Нилов. Ничего ваш Рейн не понимает... Он у меня каждый год регулярно откапывает новую болезнь... по его словам, кажется, только одной женской мне (сдержанный общий смех) для полного его удовольствия не хватает!
Щегловитов. Вы совершенно не верите в медицину!..
Нилов. Но и медицина платит мне тем же!.. По ее расчетам, я давно должен был умереть... А между тем, как видите, продолжаю благополучно здравствовать... и даже усиленно поглощать... куваку!.. (Общий смех, негромкий, но еще более одобрительный в сторону Воейкова. Только Фредерикс продолжает глядеть в бинокль, да Горемыкин остается почти безучастным. Воейков старается приятно улыбнуться.)