«Ничего подозрительного, - подумал командир. Но огонь... зеленый огонь... Кто теперь разберет, где он был?»
Чертков вспоминает, как он увидел огонь, как позвал дежурного. Он вспоминает как спокойно мерцал сначала этот огонек сквозь туман и какие круги начал он вычерчивать потом. И чем, дольше думает командир катера, тем отчетливей и яснее становится его мысль. Сомнения нет: таинственный зеленый огонь - это, конечно, сигнал. Сигнал, но кому? Уж не нарушителю ли границы, чтобы знал нарушитель, увидев огонек, куда ему плыть, где пристать без боязни? И кто знает, может быть, сейчас на этом самом берегу кто-то ждет этого врага, кто-то встречает его.
В очередном рапорте начальнику заставы Чертков подробно доложил о ночном огоньке.
Сначала он сомневался: стоит ли упоминать об этом? Может быть, это не представляет никакой важности? Но начальник, прочтя рапорт, сейчас же вызвал командира катера к себе.
- Я придаю этому серьезнейшее значение, сказал он. - Зеленый огонь замечали не только вы. - Я должен выяснить это дело. И некоторые меры мною уже приняты.
На слове «меры» начальник сделал ударение, и Чертков понял, что меры эти, наверно, должны быть решительными и основательными.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ.
Обладатель великой тайны
- Сашуня! Пора вставать. Сашуня!
Сон мигом слетает с Сашкиных ресниц. Мальчик вскакивает. На постели возле него сидит Ивасик и гладит пятнистую морскую свинку.
- Сашуня, а кто же ее раскрасил?