Иначе не заметят.
У Будищева не было шумных издателей-антрепренеров, крикливых комиссионеров, друзей, которые, как уличные мальчишки на заднюю ось пролетки, вскакивают на "колесницу славы" писателя, художника, артиста, кривляются, радостно визжат, кричат, обращают на него внимание.
Никто в печати не рассказывал, что ест, что пьет "наш писатель", никто не выдумывал, какой последний скандал он учинил, какие носит необыкновенные куртки и какую хочет купить яхту.
За ним не бегали по пятам интервьюеры.
Не спрашивали, что он думает о будущем Америки и о теперешних коротких дамских юбках.
А это уж совсем плохо.
Его единственным "сезам, отворись!" был:
-- Талант.
Без хлопот, без протекции перед его стихами и прозой открывались страницы лучших журналов, газет, открывались двери лучших театров в Петрограде и Москве [Рассказы, повести и романы Будищева публиковались в "Вестнике Европы", "Северном вестнике", "Русском богатстве". Пьеса "Старый обряд" шла в 1910 г. в московском Малом театре и в Театре Корша; пьеса "Живые -- мертвые" -- в 1912 г. в петербургском Малом театре.].
Он имел успех.