(Памяти присяжного поверенного Миронова)
Слова Жюля Фавра:
-- Преступление чудовищно. Улики сомнительны. Преступник внушает одно отвращение. Где же вы, адвокат, почерпнете сил для защиты? У вас есть неиссякаемый колодец святой воды. Ему имя -- Милосердие. В нем!
Один русский адвокат говорил:
-- Улики -- никаких сомнений. Обвиняемый -- жулье из жулья. Плюнуть хочется. Вы спрашиваете: в чем почерпнуть силы для защиты! Господи! Да в мысли: "Такие ли жулики у нас безнаказанными остаются?!" Это жулик? Да это, в сравнении с ними, щенок, которому жаль наступить на лапу. Вот вам и силы для защиты.
Природа не была расточительна по отношению к покойному Миронову.
У него не было ни златоустия Плевако, ни бурно-пламенного негодования Карабчевского, ни тонкого, изящного анализа Андреевского, ни злой иронии Шубинского.
Но если бы я был директором банка и ампешировал1 кассу, -- я взял бы адвокатом Миронова.
Мне жаловался один судья, перед которым только что защищал Миронов. Судья слышал знаменитого адвоката впервые.
-- Престранный адвокат. Мне все время казалось, что он говорит мне: "Плюнем на это дело! Стоит ли заниматься такой ерундою? Пойдем лучше в ресторан есть телятину!"