И как он принялся вдруг, ни с того ни с сего, так, "по пьяному делу", при всей публике "волтузить" "виновника торжества".
Изумление публики, юбиляра, комитета!
И Антоша Чехонте сочинял все это в таких подробностях, что Антон Павлович Чехов с трудом мог удержаться от улыбки на сцене.
И с веселым смехом рассказывал об этом потом.
Хохотал до кашля.
Публика в тот вечер необыкновенно относилась к писателю.
Такого чествования не запомнить.
С любовью, с нежностью, с заботливостью, полною слез, - словно мать к больному ребенку.
А в нем, знаменитом, больном, слабом, ребячливо проснулся:
- Антоша Чехонте. Он был весел на этом: