-- Прошение за No 17879 актера Кинова о разрешении ему в трагедии Толстого в "сцене на Яузе" распоясаться. Под мышками, говорит, очень режет.
-- Ничего не значит! Надо жертвовать для искусства. Я вон, первой гильдии купец, и труд, и время, и капитал жертвую, -- а они не могут? Исторической верностью пренебрегать нельзя. В те времена Русь ходила подпоясанная туго!
-- Медицинское свидетельство он представил. Чирьяк у него.
-- Ладно, пусть на два представления распояшется. Так и быть. Но больше чтоб этого не было. Штрафовать буду!
-- Слушаю-с!
-- Ну, остальное мы после разберем! Вот, брат, у меня как все устроено. А?
-- Образцово!
-- Нигде в мире, -- во "Французской комедии", -- этого нет! На все бумага и все за номером. Все традиции моего театра останутся в папках переплетенными! Захочет кто в 22-м столетии русскую и историческую трагедию ставить. "А как тогда Русь подпоясывалась"? Пожалте! Традиция за No 8725, в синей папке: вот как подпоясывались, туго и под мышками! И будет отныне ходить актерский мир в исторических трагедиях подпоясанным. Ловко устроено?
-- Оно, конечно, устроено именно "ловко". Канцелярски-казарменный способ насаждать искусство... Это ново и, разумеется, только первой гильдии мейнингенцу могло прийти в голову!.. Но скажи на милость вот еще что... Тут я мельком слышал, что ты прошением Уриэля Акосты занят. Объясни на милость: что за притча? Как это может Уриэль Акоста московскому первой гильдии купцу прошения писать? И о чем?
У Варсонофия Никитича лицо сделалось восторженным: