Arbiter адвокатских elegantiarum [Законодатель изящества в адвокатских прениях (лат.).].
Его речь была изящнейшей акварелью в сравнении с той картиной масляными красками, которую широкими, могучими мазками набросал этот импровизатор Плевако, стоя около стола вещественных доказательств, приковывая внимание к револьверу, из которого была убита покойная, к ее окровавленным вещам.
Он обвинял.
И грубая картина масляными красками убила тонкую акварель.
Их сравнивали тогда:
Урусова -- с "богиней классических танцовщиц" Дель-Эрой.
Плевако -- с косматой, нечесаной Цукки, у которой все порыв, которая -- вся порыв, страсть, вдохновение.
Это была дуэль Каратыгина и Мочалова [Эмоциональную, идущую от "нутра" игру московского трагика П.С. Мочалова современники противопоставляли рациональной, "внешней" игре петербургского трагика В А. Каратыгина.].
-- Solo на тромбоне! -- отзывался о речах Плевако его вечный противник Урусов.
Но и г. Кусевицкий играет только на контрабасе. Покажите контрабас и скажите: