И вздымал руки к небесам, их призывая в свидетели.
-- Ну что может написать Плевако!
Это балерина, которая захотела бы спеть свои танцы.
VI
И вот чего я боюсь.
Что Ф.Н. Плевако, способный потрясать слушателей, потрясающий этим и жизнь, -- ничего не скажет в Думе. Что этот боец останется свидетелем. Что "рожденный русский Мирабо" не издаст ни звука. И великий оратор в Думе окажется:
-- Великим молчальником жизни русской!
VII
У Плевако всегда был аппетит к общественной деятельности. Ему всегда хотелось быть в ней чем-нибудь:
-- Кроме адвоката.