Плевако произнес в течение одной сессии:
-- Только две речи.
Но Плевако никогда не произносил по 30 речей в месяц! Он и всегда говорил редко, и каждая речь его была событием. Странная "дружеская" услуга уверять, что это был:
-- Старичок, уже ни к чему не способный.
Он заставляет вспомнить:
-- Избави меня, Боже, от друзей!
Когда Плевако впервые поднялся в Думе...
Одно время в Москве пошел беспорядок в пасхальном первом звене.
Не стали слушаться Кремля.
Стоишь, бывало, у решетки на крутом откосе. Без двух двенадцать. И все Замоскворечье, вся Москва заговорила медными языками.