-- Кому ж и понять! -- сказал г. Немирович-Данченко, становясь подальше, -- Шекспир!
-- Гений! Гений! Давайте репетировать "Гамлета"! Сейчас! Сию минуту! День и ночь будем репетировать "Гамлета"! Ни пить, ни есть! Давайте, ничего, ничего не делать всю свою жизнь, только играть "Гамлета". Без перерыва! Играть! Играть!
-- Про собаку разговора не было? -- осведомился г. Станиславский.
-- Владимир Иванович, как же теперь, -- полюбопытствовал с тревогой Вишневский, -- насчёт Шекспира? Есть Шекспир или нет Шекспира?
-- Вот вопрос! -- пожал плечами г. Немирович-Данченко, -- как же Шекспиру -- и вдруг не быть?
-- Ну, слава богу!
Г. Вишневский облегчённо вздохнул:
-- А то, знаете, привык к Шекспиру, -- и вдруг его нет. Прямо, словно чего-то недостаёт.
Г. Станиславский крутил головой.
-- Большой энтузиаст!