Это также бесило и раздражало г-жу Линевиц.
Умной, развитой не по летам девочке было, конечно, скучно, невыносимо среди вечных хлопот по хозяйству, в обществе придирчивой, раздражительной женщины. Её пошлют в лавку за покупками, она воспользуется случаем, придёт часа через три.
Гулящая слобода "Новая Деревня" -- плохой детский сад, особенно для девочки-подростка. Боязнь, что хорошенькую девочку могут испортить, "свихнуть" с пути истинного, сделать с ней Бог знает что, -- конечно, не могла не тревожить г-жи Линевиц.
При этой постоянной боязни, вспыльчивая, болезненная, раздражительная, с больными нервами, г-жа Линевиц преувеличивала всякий пустяк, придавала излишнее значение всякой мелочи и за то, что девочка забирала "дурь в голову", за то, что она "отлынивала от работы", "бегала из дома", не хотела "привыкать к труду", г-жа Линевиц била, била, била свою приёмную дочь.
При скверном характере, раздражительном и злом, выйдя из себя, "не помня себя", Линевиц била девочку беспрестанно, по несколько раз в день.
Однажды, когда девочка три часа проходила в лавочку, находившуюся напротив, Линевиц схватила её за волосы так, что у девочки лезли волосы.
Разозлившись на что-то, Линевиц сорвала прут и прутом отхлестала девочку.
Видели, говорят, как она вытолкала однажды девочку за дверь и наносила ей удары.
Зная, что мать "во зле себя не помнит", девочка, как говорят свидетели, принималась обыкновенно кричать, лишь только разозлённая Линевиц сделает к ней шаг.
И вот однажды, как рассказывает девочка, мать, желая её высечь, положила её на постель, закрыла ей голову подушкой, чтоб не было слышно криков, -- эти крики ведь беспокоили жильцов, от которых только и кормились Линевиц с дочерью, и жильцы могли съехать, -- и, насев на подушку, чтоб девочка её не сбросила, высекла розгами.