Вскоре умерла его мать, и Варсалона пришёл на её похороны, плакал над её телом, был в церкви, нёс гроб, бросил первую горсть земли в могилу и поцеловал могильный холмик.
Священник, благословлявший всех, дал благословение и Варсалона.
Дознание, которое затем было произведено карабинерами, выяснило даже такой факт. Варсалона пришёл вооружённый, но отдал ружьё и свой кинжал.
-- Подержите, пока не кончатся похороны.
Чтобы не дотрагиваться до гроба матери с оружием, запятнанным человеческой кровью.
И крестьяне держали оружие бандита, а потом отдали ему. Он вооружился снова и ушёл в горы.
Из этого вы видите, что никому даже в голову не приходило считать Варсалона преступником. Этот человек, ставший зверем, как видите, вовсе не выродок из окружающей среды. Из среды людей, которые, быть может, потому и становятся зверями, что принуждены сами отыскивать себе справедливость.
Такова была кровавая увертюра к разбойничьей деятельности "короля гор".
Я не собираюсь "заливать кровью страниц", а потому и не буду рассказывать о дальнейших кровавых подвигах Варсалона. Когда его поймают, -- если только его поймают, -- процесс Варсалона, десять лет составляющего грозу и трепет Сицилии, оставит далеко за собой знаменитый процесс калабрийского Муссолино.
Но этой страшной интродукции к разбойничьей, деятельности нельзя было не рассказать. Иначе нельзя понять, почему такой панический ужас наводят на всех эти бандиты.