В сереющем сумраке рассвета потонувшие в тумане горы наполняются призраками и причудливыми фантастическими образами.
Топот коней по узенькой каменной дорожке будит и возмущает священную вековую тишину.
Тонкими, звенящими голосками жалуются друг другу горные феи.
Бледные, как саваны, они плавают по долине и взбираются на почти отвесные обрывы, чтоб взглянуть, кто посмел нарушить их покой.
Они тут уже, около вас, вокруг вас.
Схватившись за руки, они преграждают дорогу лошадям, закрывают от глаз узенькую горную тропинку. Кони испуганно храпят и вздрагивают.
А хоровод бледных холодных теней становится всё уже и уже вокруг вас.
Из горных стремнин угрожающе поднимаются уродливые, безобразные горные духи.
Чьи-то цепкие руки тянутся к вам и сверху и снизу, словно стараются схватить колесо экипажа.
Какой-то не то стон, не то вопль раздался где-то в глубине, с каждой горы ему ответил такой же вопль, и весь этот страшный аккорд долго ещё дрожит и не умирает в долине.