-- Достоинство правосудия требует.
Миллионер, -- и вот как мы! "Щепка".
Вспоминается его сын, умоляющий, чтобы отца перевели хоть на домашний арест:
-- Ведь убьете старика!
И Н.В. Муравьев...
Он был нечужд романтизма.
Он принимал, сидя в огромном кресле, поставленном спиной к окнам.
Собеседник был весь на свету, собеседника слепил свет. Маленькая фигурка Муравьева совсем терялась в огромном кресле. Против света разобрать было ничего нельзя. Он видел каждое движение на лице просителя. Проситель не видел его совсем. Словно "Великий инквизитор".
И оттуда, из этой тьмы, раздавался резкий, режущий всякую надежду голос:
-- Нет-с. Правосудие не может-с.