VIII
И вот кончилось все...
И предстал "государственный человек" пред тем судом, на который он сам же указывал:
-- Меня оценит история.
Час этот настал.
История, говорят, судит не раньше, как через 50 лет. Таковы в этой апелляционной и кассационной инстанции "сроки". Но с 1905 года не прошло более 50 лет18.
И мы можем уже слышать голос великого и страшного судии -- Истории. И спросит великий и страшный судия со спрашиваемого:
-- Был дан "талант" тебе, чистого золота, цены несравненной, -- имя ему Правосудие. На земле был выкован этот талант, но с трепетной мыслью о небе. Что же сделал ты с этим талантом, тебе вверенным, и сохранил ли ты его?
И ответит спрашиваемый:
-- Я сохранил его, как мог, и вот он.