-- Четыре вкатить в каналий!
-- А кто не будет пить водки, тех в Сибирь! -- опять воскликнул кто-то в поэтическом восторге.
Французские и бельгийские капиталисты кидались среди этих восторгов к нам, русским, и до боли жали нам руки:
-- О, ваша страна имеет будущее! С таким простором для инициативы! Мы к вам придем! Мы к вам придем! Исключительная страна!! Страна исключений!
Так что в конце концов явился со сконфуженным видом хозяин ресторана:
-- Извините, messieurs, я, конечно, понимаю вашу радость. Но в соседних кабинетах пугаются!
Мы выходили с этого пиршества с г. Каталаж-киным вместе. Он имел вид упоенный, но утомленный. И сказал только:
-- Видели?
Я почти с ужасом каким-то, сам не знаю почему, воскликнул:
-- Видел. Слышал. В изумлении. Не знаю, как даже вас вознаградить. Разве только откровенностью. Послушайте, Каталажкин! Ведь вы врали?!