-- Все прохвосты. Не обращайте на них внимания! -- успокоил меня Каталажкин. -- Околачиваются даже не около меня, а около моих денег.
-- Monsieurs le prince!
Толстый дирижер-румын, увидев Каталажкина, прервал в середине какой-то удивительно мелодичный вальс, подбежав, вертелся около и сгибался пополам, несмотря на свою феноменальную толщину.
-- Что будет угодно приказать сыграть, топ prince?
-- Брысь! -- цыкнул на него Каталажкин. -- Спроси у этих дам и играй, что они тебе прикажут. Итак, -- он налил водки, -- здоровье Каталажкина, если вы позволите, и за упокой души покойника Омлетского! Не ждали, что воскресну?
-- Откровенно говоря...
-- Феникс!
-- Чем же вы... если это не секрет, конечно... чем же вы теперь занимаетесь?
Каталажкин ответил просто, ясно и спокойно:
-- Продаю в розницу мое отечество.