-- Prussien!.. Saucisson!.. { Prussien!.. Saucisson!.. -- Пруссак!.. Колбаса!..}
В этом крике было столько ненависти, что я оглянулся.
-- Я не немец.
При свете фонаря я увидел мёртвое лицо.
Настоящее мёртвое, восковое лицо с обострившимся носом, подбородком, скулами.
Глаза еле мерцали.
Женщина едва стояла на ногах.
-- Что с вами?
-- Я из больницы... два дня не ела...
Я сунул ей золотой.