Весело и даже жизнерадостно.
Все были веселы, смеялись и очень охотно пели.
Я думаю, так веселы бывают люди, избегшие смертельной опасности.
Какою бодростью и действительно несокрушимой энергией веяло от этих людей.
И каким страстотерпичеством.
Посвящая себя народу, русский интеллигент словно принимает иночество.
Делается аскетом.
Аскетическим веяло и от этих людей, от их одежды.
Иноку на внешность не обращать же внимания.
Того, что называется "хорошими манерами", у многих, вероятно, и никогда не было. Другие растеряли их среди якутов.