Но какой высокой культурой веяло от них.
Культурой и ума, и человеческого достоинства.
Такой мало встретишь среди самых безукоризненных фраков. Там достоинство чаще всего заменяется наглостью.
Простой, но такой изящный, Михайловский мало гармонировал с большинством гостей по внешности.
Но душою он был весь с ними.
Какое у него было чудесное лицо на этом вечере, в кругу своих.
Какое участие в беседе с одним на грустную, словно облачко, набежавшую тему; какое веселье в шутках, в смехе; какой общий восторг вызывали его остроты, которые он бросал.
Он с удовольствием слушал пение, и когда стали плясать русскую, он аплодировал и требовал:
-- Еще! Превосходно! Еще!
От праздника веяло студенческой пирушкой, И Михайловский казался студентом, только более старшего курса. Мне рассказала одна писательница, что когда-то с ней случилась "женская тревога".