Публика судит о виновности подсудимого только по содержанию обвинительного акта: только это ей и сообщено. Но ведь, если бы выносить приговоры только на основании обвинительного акта, все были бы всегда виноваты. Ведь обвинительный акт -- уж потому, что он "обвинительный", -- это одностороннее освещение дела, часто неверное, неосновательное, ошибочное. Ведь это не какой-нибудь безусловный документ. Его нужно ещё проверить. Для проверки его и существует судебное следствие. При проверке этого документа иногда выясняется такая его ошибочность, что прокурор даже отказывается от обвинения. Обвинительный акт составлен на основании свидетельских показаний, данных следователю без присяги. Часто на суде, когда приходится говорить как перед Богом, под присягой, свидетели меняют свои первоначальные показания.
Оказывается, что они следователю говорили неправду. Ещё чаще оказывается, что следователь не так понял, не так записал показание свидетеля. Наконец на суде являются новые свидетели, свидетели со стороны защиты, которые только здесь на суде оглашают новые обстоятельства. Часто на судебном следствии совершенно меняется картина, нарисованная в обвинительном акте. На судебном следствии никогда почти не остаётся без изменения картина, нарисованная обвинительным актом.
И всё это, вся истина, добытая судом, остаётся для общества совершенно неизвестной!
Общество читает только содержание обвинительного акта, часто даже прикрашенное...
В этом нужно сознаться, но не будем за это строго судить репортёра: у него есть скверная привычка есть. И чтоб обеспечить помещение заметки, он пускается на маленькую спекуляцию, придаёт делу "некоторую сенсационность", и суконный язык обвинительного акта украшает блёстками своего красноречия. К слову "убийца" прибавляет "безжалостный", к слову "жертва" -- "несчастная", картину преступления зовёт "раздирающей душу" и руку убийцы всегда титулует "бестрепетной и незнающей сострадания". Ему хочется есть. Он так дрожит, что заметку о случае, в котором нет "ничего сенсационного", так сократят, что умрёшь с голоду.
И вот читатель, прочитав это "сенсационное" изложение обвинительного акта, поражён, встретив вдруг строчку:
-- "Присяжные вынесли оправдательный приговор".
Он ничего не понимает:
-- Как же так? По обстоятельствам дела всё выходило "виновен", "виновен" и вдруг "невиновен"?!
Он "негодует". Чаще всего люди "негодуют" именно потому, что они "ничего не понимают". Он негодует: