Обвинительный акт, конечно, составляется осторожно. Но ведь это не мотивированный приговор суда, апелляции не подлежащий. Обвинительный акт это только приговор обвинительной камеры и апелляции подлежит. Всё судебное следствие есть апелляционный, по существу дела, разбор обвинительного акта.
Обвинительный акт это жалоба закона на подсудимого. Жалоба, которую будут ещё разбирать. И жалобу не мешает написать посильнее. Жалоба всегда одностороння: она не может не быть односторонней. Интересы ответчика обеспечены защитой. Защита будет за него торговаться. Значит, "было бы из чего уступить". И если есть "запрос", то он опасности не представляет. Прокурор не судья. Судить будут другие. Прокурор -- сторона. И надо укреплять свою сторону.
И вот тут-то и делается та ошибка, которая часто совершается при оборонительных работах. Очень часто те валы, которые строят для защиты от неприятеля, служат неприятелю только для того, чтобы удобнее войти в город.
Желая укрепить свою "сторону", обвинение выдаёт, наоборот, её слабость, если во время судебного следствия слишком выяснится сделанный "запросец".
Дело вышло из односторонне настроенной обвинительной камеры и приближается к истине, вступило в лучшую свою стадию, -- в стадию равноправного состязательного процесса.
Жизнь и закон, два титана, встают друг перед другом.
Законы! Их пишут сытые для голодных, спокойные для потерявших голову, старики для молодёжи, в которой бушует кровь.
Закон -- это единица. Жизнь -- это бесконечность.
И жизнь говорит закону:
-- Категоричный, ты не можешь предусмотреть всех тех положений, которые беспрерывно создаю и изменяю я. Идущий за мною, и всегда за мною, всегда позади меня, прислушайся к моим указаниям, к моим словам. Закон, сын, мною рождённый, останови удар твоего меча, занесённого над головою упавшего, и выслушай, что тебе скажу я, -- я, тебя родившая мать.