Я почувствовал, что в моих отношениях к нему, -- ну, вот хотя бы в этих журналах, которые выписываются "чтоб он видел", есть что-то заискивающее перед ним.
Странные нынче отношения между отцами и детьми!
Я работаю для него, но я еще должен в этом извиняться. Выписывать какие-то журналы.
-- Ты не думай, что я совсем уж погряз в делах! Нет, брат, я по части духовной жизни...
Я всегда должен словно за что-то просить прощение. Когда я говорю в его присутствии, я стараюсь подчеркнуть, что думаю, как передовой человек.
-- Ты не думай, мол, что я совсем уж свинья. И я прошу, прошу, прошу за что-то прощения у моего сына. Непрестанно! Оправдываюсь, извиняюсь, оправдываюсь в чем-то! За что? В чем?
У нас бывают гости, и раз здесь стоит молодой человек, -- по теперешней дурацкой манере, разговор сейчас же сходит.
-- Что такое теперешние молодые люди? Все сокрушенно вздыхают.
-- Ах, теперешние молодые люди!
Думают, что это очень поучительно для молодых людей. Я внимательно слежу за сыном.