Лѣчилъ имъ ото всего.
Отъ заваловъ и простуды, коликъ и меланхоліи.
Вѣжливенько наклонялся къ уху, стараясь не дышать въ лицо, и таинственно спрашивалъ:
-- Стулъ имѣли?
-- Нѣтъ!
Кровь отворялъ.
-- О-го-го!
Тоже кровь отворялъ.
И барыня была въ восторгѣ отъ своего "домашняго".
-- Лучше всякихъ ученыхъ помогаетъ!