Но...
-- А уж коньяку ни-ни.
Но марка и год были соблазнительны.
-- Но...
Нам обоим было грустно.
Мне -- за него, ему -- за себя.
Он с иронией, подёрнутой печалью, рассказывал о своём "казённом месте".
-- Я теперь "ваше превосходительство"! Да-с.
Рассказывал, как он устраивал "для архиереев" полуспектакль, полуцерковное торжество -- "Пещное действо".
И со скукой добавлял: