-- Не в богатстве дело, а затем в гости ходят! Дозволите?
-- Благодарю вас на поросенке. От своего только что! И она вдруг вскидывалась на Зиновия Ивановича:
-- Ты чего так на поросенка-то, мужик, наваливаешься? Еще подумают, что у нас дома есть нечего!
Наступало неловкое молчание. Марье Васильевне подавали чаю. Она отказывалась.
-- Нет, уж вы тем, кто побогаче нас да попочетнее. Гроза была неминуема.
В воздухе становилось тяжело.
И Анфиса Андреевна не выдерживала. Шла первая.
-- Что это у вас, Марья Васильевна, прошлогодний полушалочек-то? Мне узор очень памятен. Хорош!
-- Прошлогодний-с! -- бледнела и улыбалась Марья Васильевна. -- Я мужняя жена! Мне полюбовники косыночек не дарят.
-- Дозвольте! -- вступался муж Анфисы Андреевны. -- Вы говорите, да не заговаривайтесь! Это вы насчет каких любовников, ежели моя жена в косынке?!